Энциклопедия Череповца / История / XX века - / «Черкни хотя бы открытку…»

«Черкни хотя бы открытку…»

alt=До сих пор не обрели последнего упокоения останки царской семьи, а вместе с ними - их оставшихся верными до гроба людей: доктора Боткина, повара Харитонова, лакея Труппа, комнатной девушки Романовых Демидовой.

О слугах говорят, конечно, меньше, чем о царственных особах. И известно о них тоже гораздо меньше. Есть подробные свидетельства лишь об их последних минутах. Так, в своих воспоминаниях один из участников расстрела Кабанов назвал Демидову «фрельна» (то есть «фрейлина») и рассказал, как ее, еще живую, добивали сначала тупым штыком американской винтовки, потом прикладами ружей...

Все началось с обычного телефонного звонка. Немного настороженный женский голос: «Простите, вы как-то писали о ходе следствия по делу об убийстве царской семьи... А как собираются хоронить останки расстрелянных вместе с ними слуг? Меня это интересует, потому что комнатная девушка Романовых, Анна Демидова, наша родственница».

Об Анне Демидовой почти ничего неизвестно. Следствие, которое ведется сейчас в Москве по уголовному делу об обстоятельствах гибели членов Российского Императорского Дома, практически никакими данными о ней не располагает: Демидову вообще считали сиротой. О существовании родственников никто не знал. И вдруг появилась надежда заглянуть сквозь завесу времени и узнать хоть что-нибудь о той, которой суждено было стать действующим лицом исторической трагедии.

Позвонившую мне женщину звали Наталья Алексеевна Фрайман. Когда мы встретились, она показала документы из семейного архива, несколько фотографий и старых почтовых открыток. Сомнений не оставалось: да, она действительно вправе называть себя родственницей Демидовой. Но на мои расспросы об истории семьи отвечала немного неохотно, все время повторяя фразу: «Да кому это интересно? Она была просто слугой...»

Собственно, и «открыться» решилась лишь с единственной целью: чтобы иметь возможность прийти и положить цветы на ее могилу, когда состоятся наконец похороны. Но все-таки Наталья Алексеевна рассказала мне то, что знала и что находило подтверждение в документах.

Сестры

...Анна (или, как называли ее родные, Нюта) родилась и росла в Череповце. Мать -- Мария Ефимова, отец -- Степан (Стефан) Александрович Демидов -- мещанин, казначей городской Думы, друг и сподвижник известного череповецкого головы Ивана Андреевича Милютина, видного деятеля земского движения, немало сделавшего для этого города.

У Анны были братья Александр и Степан (следы их затерялись, но у нас еще появится повод вспомнить о них), а также сестра Елизавета 1883 года рождения (младше ее лет на десять).

Всем своим детям Демидов дал прекрасное образование. Александр -- инженер Путиловского завода, обе дочери в разное время с отличием закончили череповецкую Мариинскую гимназию, получив аттестат домашней учительницы по истории. Затем Анна поступила в институт благородных девиц (предположительно в Ярославле). Она не только прилежно училась, но и хорошо рисовала, вышивала. На ученических выставках ее работы занимали обычно первые места, и в начале 1900-х годов императрица Александра Федоровна, покровительствовавшая этому институту, предложила выпускнице Демидовой место комнатной девушки при дворце.

Но какое же отношение к ней имеет моя собеседница, Наталья Алексеевна? Дело в том, что сестра Анны, Елизавета, -- ее родная бабушка.

В 1910 году Елизавета Степановна Демидова вышла замуж за своего ровесника, выпускника ораниенбаумской школы прапорщиков Федора Михайловича Юткина. В 1911 году у них родилась дочь Ия (она стала врачом, замужем не была, скончалась в возрасте 30 лет от менингита), а в 1912 году -- сын Алексей (отец Натальи Алексеевны, умерший в 1976 году).

8 декабря 1937 года инспектор Череповецкого пароходства Ф. М. Юткин был арестован по доносу как враг народа. Он умер от голода в 1942 году в тех же местах, где была расстреляна сестра его жены, которая очень любила Федора и по-матерински называла зятем. Могила Юткина, разумеется, неизвестна.

Елизавета Степановна жила с семьей сына и кое-что иногда рассказывала. Хотя, конечно, была немногословна. Вспомнила, как ездила к сестре в гости в Летний дворец, в Царское Село, в Ливадию. Видела цесаревича Алексея и великих княжен... Причем ее пребывание там, питание в людской за общим столом Анна оплачивала из своих средств.

Говорила, что у сестры был жених -- Николай Эрсберг, брат другой комнатной девушки Елизаветы Эрсберг, с которой она дружила. Но если бы Анна вышла замуж, то должна была либо уволиться, либо перейти на другую должность. А поскольку она очень привязалась к императорской семье (особенно к Анастасии), то от возможности устроить личную жизнь в конце концов отказалась.

В 1917 году (по-видимому, из Царского Села) Анна прислала Елизавете в Череповец свои вещи, платья, документы, переписку и фотоальбомы, сообщив, что идут переговоры об отъезде Романовых в Англию, что она проводит их на корабль, но сама с ними за границу не поедет, а вернется в Череповец. О судьбе Анны Елизавета обмолвилась лишь за несколько лет до своей смерти: «Ее убили».

У Натальи Алексеевны есть еще две сестры и брат.

То, что уцелело от семейного архива, хранит старшая, Нина, которая живет в Череповце. Не уверена, что она согласится встретиться с вами: в нашей семье слишком долго не принято было говорить на эту тему, да и мы сами, если честно, по-настоящему стали интересоваться прошлым совсем недавно.

Однако Нина Алексеевна в конце концов согласилась, и я поехала в Череповец.

Старые часы

Уже много лет она живет в «хрущевке», в самом центре города. Чтобы пройти к ее дому, надо пересечь пустынную широкую площадь Металлургов, рядом с которой разбит Комсомольский парк, а у ворот возвышается изваяние Ильича с указующим перстом. Когда-то этот район считался окраиной Череповца: парк и площадь появились на территории кладбища, уничтоженного «в целях благоустройства» в конце сороковых. Здесь были похоронены Степан Александрович и Мария Демидовы. Так что дом Нины Алексеевны, возможно, построен на костях прадеда...

Под окнами у Нины Алексеевны растут огромные кусты сирени: их отдал отцу какой-то дед, когда сносили его старый дом с палисадником... В тесной квартирке очень много книг. На стене -- бабушкины часы с маятником. Идут до сих пор.

 До конца дней (а она умерла 8 декабря 1965 года) бабушка много читала, -- рассказывает Нина Алексеевна. -- Память у нее была прекрасная, знала несколько языков. Без дела не могла сидеть: то вышивала, то вручную мастерила платья. Была молчалива и держалась немного отстраненно. Наверное, после гибели любимой сестры, ареста и смерти мужа постоянно жила в страхе за близких... Впервые я услышала об Анне не от нее, а от старенькой няни отца, которая однажды спросила: «Ты что-нибудь знаешь о другой своей бабушке, Анне Демидовой? Нет?! А я помню, как она приезжала в Череповец в 1907 году. Народ ее встречал. Стояли вдоль дороги от вокзала до самого дома...» Бабушка же мало вспоминала. Да мы, признаться, не особенно-то и расспрашивали.

И все-таки, уничтожив практически все письма и некоторые документы, Елизавета не тронула, например, многие открытки. Словно стараясь обмануть собственную бдительность, аккуратно по уголкам заклеивала текст чистыми листочками бумаги и вставляла в альбом среди прочих старых ненадписанных открыток. Не могла не понимать, что рискует, но почему-то для чего-то преодолевала свой страх.

Она долго хранила и вещи, которые прислала Анна в Череповец в 1917 году. Только во время войны, когда большая семья голодала, Елизавета Степановна вместе с невесткой перекраивала одежду сестры и продавала по окрестным деревням. В доме был вышитый Анной конный портрет Александра I. Она не закончила работу: остался пустым фон... Вышивкой что-то прикрывали, потом она потерялась.

Сохранились две личные папки Анны с серебряным вензелем, где «Д» в виде змеи опоясывает «А» (сейчас в них, увы, ничего нет), два фотоальбома. Конечно, многие фотографии исчезли и все-таки... Есть снимки (видимо, сделанные Анной) цесаревича Алексея с собачкой, его дядьки-матроса, царской яхты, сестры и Федора Юткина, каких-то никому уже не известных людей.

«Поклон всем...»

alt=Прежде чем впервые процитировать некоторые из дошедших до нас открыток из семейного архива, заметим, что, судя по переписке, «служащей Ея Величества» Анна Демидова была уже в 1902 году.

1904 г., в Череповец, Е.С. Демидовой:

«Благодарю за письма. Пришли, если есть, виды Череповца... Нюта».

Июль 1907 г., Новый Петергоф, А.С. Демидовой -- из Череповца:

«Хотела бы написать много, но времени нет, а написать есть что. Обо мне все, а остальные новости очень печальные. Прибудешь ли ты сюда? Черкни хотя бы открытку. Сердечно благодарю за частое воспоминание и письма. Лиза».

Август 1907 г., в Череповец, Е.С. Демидовой -- из Петергофа:

«Напиши скорее, что нужно купить для фотографа и стоит ли мне привезти с собой каких-нибудь цветов вроде золотого дерева и т. п. И вообще, что надо привезти? Поклон всем, получили ли вы мои письма? Нюта».

Февраль 1914 г., А.С. Демидовой:

«Дорогая тетя Нюта! Поздравляем тебя с днем Ангела и желаем всего хорошего. Приезжай скорей к нам. Леля, Женя, Нина, Аня, Валя и Миша. Мамочка и папочка тоже поздравляют».

Декабрь 1914 г., из Москвы -- в Череповец: alt=

«Милая сестра! Как ты себя чувствуешь? Где и что твой муж? Не получил ли к 6-му производства? Я сижу одна в Москве, 13-го буду в Царском. Что твои ребятишки? Я вчера их видела во сне. Очень бы хотелось посмотреть на всех вас... Нюта».

Царское Село, А.С. Демидовой:

«Поздравляю Нюту с наступающим Новым годом, желаю, чтобы он совершенно не походил на предыдущий. Как Вы живете и как проводите праздники? Ездите ли в Петербург или к Саше или же никуда не выходите? Я сегодня иду в оперу. Степа».

1906 г., открытка из Парижа с изображением Мадонны с младенцем на руках:

«Дорогая Нюта! Поздравляю тебя с праздниками и желаю провести их по возможности с веселием. Хотя пишу немного поздно, но лучше поздно, чем никогда. АНАСТАСИЯ».

Другая карточка датирована 3 февраля 1917 года, без почтовых штемпелей:

«Милую Анну Степановну сердечно поздравляю с днем Ангела, мысленно крепко целую и -- мои самые лучшие пожелания. М.Ф.».

Виды Череповца

alt=...Старый, дореволюционный Череповец почти не сохранился. Местные власти всегда очень исправно исполняли указы сверху, уничтожая его с поразительным рвением. Теперь тут сплошные «советские» улицы (Ленина, Социалистическая, Победы, Металлургов) и серые одинаковые дома. Из четырнадцати череповецких храмов уцелела лишь часовенка на вокзале (ее приспособили под камеру хранения) и Воскресенский собор на берегу Шексны, где побывал когда-то император Александр I (кстати, здесь в феврале 1910 года обвенчались Елизавета Степановна Демидова и Федор Михайлович Юткин). К собору ведет Советский (бывший Воскресенский) проспект. Это единственное место, где еще можно увидеть старинные дома и представить, каким был когда-то тихий провинциальный городок.

Сохранилось здание женской Мариинской гимназии, которую закончили Анна и Елизавета. Чудом уцелел дом Степана Александровича Демидова на Воскресенском, 31, где росли его дети и куда в 1907 году в последний раз приезжала Анна. Сейчас тут военкомат.

После замужества Елизавета переехала в дом мужа -- он находился совсем недалеко, на соборной горе. У Юткиных был сад -- тот самый, для которого Нюта везла «золотое дерево». Недавно этот дом и сад, как, впрочем, и соседние деревянные постройки, снесли. На их месте, в двух шагах от храма, строят помпезные коттеджи с бетонными стенами.

Вместо послесловия

Все-таки удивительно, что через много лет вдруг всплывают какие-то подробности жизни комнатной девушки Романовых Анны Демидовой и близких ей людей. Впрочем, эту историю можно было бы продолжить: не известно ведь, что стало с братьями Анны -- Степаном и Александром (они жили в Петербурге), а также с их детьми.

В своей книге о Николае II Эдвард Радзинский приводит одно из загадочных писем -- от племянницы Елизаветы Эрсберг. Позволю себе процитировать отрывок из этого письма:

«Я работала на заводе ЭРТО. В 1968 году к нам в цех № 17 пришел мастер-техник компрессорных установок Демидов. Я увидела его в первый раз и оторопела: где я видела это лицо? И вдруг осенило -- Анна Демидова (до этого в письме рассказывается, что она смотрела отцовский альбом, где были фотографии Демидовой и Елизаветы Эрсберг. -- И.С.). Я как-то пошутила в разговоре с ним, что если ему одеть капор, то он сойдет за знакомую даму. И спросила, нет ли в его роду Анны Степановны Демидовой. Он ответил: «Не Степановны, а Стефановны, это старшая сестра его отца». Он сказал, что Анна Демидова жила у своего брата и умерла после Отечественной войны».

Автор письма почти уверена, что под именем Демидовой расстреляли какую-то другую женщину... Впрочем, эту историю она не выдумала. В Ленинграде действительно жила Анна Демидова. Но... так звали жену инженера Путиловского завода Александра Степановича Демидова, брата комнатной девушки Романовых.

Ильмира СТЕПАНОВА

Череповец -- Санкт-Петербург

Источник: Огонек. – 2008. - №52