15 января  2012 года января учителю биологии школы № 27 Руфине Волковой исполнилось 75 лет, из них 57 она проработала в образовательной сфере. По словам коллег, это очень активный, умный и опытный педагог, который заслуженно пользуется любовью и доверием учеников.

♦ Руфина Павловна, когда вы поняли, что станете учителем?

— Это была мечта со школьных лет. В те тяжелые послевоенные годы мы видели вокруг только учителей. К тому же было широко распространено такое понятие: научился сам — научи другого; репетиторами тогда были не учителя, а сами ученики. Экзамены сдавали с на­чальной школы, и, когда мы к ним готовились, каждому давали ученика, которого надо было подготовить к экзамену. Для меня это было настоящим муче­нием: ученику надо было проговаривать материал вслух, а я сама воспринимала информацию зрительно. Во-вторых, мама рано получила инвалидность. Несмотря на то, что училась я очень хорошо, вопрос о том, чтобы пойти в 10-й класс, не стоял: я должна была получать стипендию. Окончила педучилище в Устюжне. В начале пятидесятых в школу пошли дети военных лет — их было мало, учить некого, на работу никуда не брали.

♦ Как решили проблему?

— Наш завуч, который потом работал в Вологде в пединституте, написал в Таджикистан, Киргизию и на целину, чтобы взяли 50 человек выпуска. Приходит ответ: 25 человек в Таджикистан, 20 — в Киргизию, 5 — на целину. Шел 1955 год, на целину хочет каждый. Кому доверить поездку на целину, выбирал комитет комсомола. Мне, как активной участнице, повезло. Приезжаем в Барнаул, а нам говорят, что учителя не нужны. С трудом нашли место — село в 80 км от Барнаула, куда выселяли немцев и поляков. У мамы началось белокровие, мне пишет врач: если хотите увидеть маму, должны вернуться. Приехала домой, работы нет. Когда в Устюжне открылась первая в области школа-интернат, меня взяли воспитателем. После замужества уехала вслед за мужем в Череповец, поступила заочно на факультет биологии. Хотя в школе это был нелюбимый предмет, мы же очень тогда стеснялись слов «яйцеклетка», «сперматозоид», но на математику после педучилища поступить трудно, а на филфак нет приема. В Череповце сначала работала в школе № 6, в начальных классах, потом перешла в 23-ю, также вела начальные классы. Лишь когда учительница биологии уехала из города, захотела попробовать свои силы в предмете, и, хотя изначально директор был против — «Вы меня устраиваете в начальных классах», — меня перевели в предметники. Работала до закрытия, потом временно замещала ушедшую в декретный отпуск учительницу в 16-й школе, затем перешла в 27-ю.

♦ Свой первый урок помните?

Я больше помню не первый урок, а практику, которую мы проходили в педучилище. Очень ответственный момент, мне нужно было подготовить материал о Ломоносове, много читала. А свой первый урок я провела в малокомплектной сельской школе, в классе были ученики 1-х и 3-х классов...

♦ В чем видите свою задачу как учителя? Какие качества стремитесь воспитать в ученике в первую очередь?

Мне кажется, главное качество для каждого человека — это честность. Что касается знаний, не люблю, когда заучивают текст. Мне хочется, чтобы ребята понимали, о чем говорят, когда задают вопросы, активно работают на уроке. Я могу сразу сказать, кто сидел отрешенным и ничего не усвоил за урок. Материальная база, безусловно, важна, но, мне кажется, мы убили техникой монологическую речь, ребята не умеют мыслить, мало читают. Да и живого учителя техника не заменит.

♦ Своих первых вы­пускников помните?

Конечно. Особенно тех, кого взяла в первом классе и выпустила в 10-м. Мы вместе прожили десять лет, я для них стала второй мамой, и многие призна­вались, что последующих учителей и преподавателей всегда сравнивали со мной. Кто-то из ребят пошел по моим стопам, стал учителем, кто-то врачом, не­которые окончили сельскохозяйственный институт. В последний раз мы встреча­лись пять лет назад, когда отмечали мой прошлый юбилей.

♦ Вы не первый год проверяете результаты ЕГЭ. Как относитесь к введению единого госэкзамена?

Среди плюсов — объективность при поступлении в вузы и умение выде­лять главное. Некоторым ученикам проще отвечать по билетам, с тестом они теряются. Среди минусов вопрос подкупа экспертов. Когда я еду в Вологду, я не знаю, чью работу буду проверять, и никогда незаслуженно не завышу оценку. Надеюсь, что многие эксперты делают так же. Обычно два эксперта проверяют работу и выставляют свои оценки. Если оценки разные — значит, подход у проверяющих разный. Третий эксперт вообще может поставить свою, отличную от других, оценку. Мне нравится проверять результаты ЕГЭ. Я прекрасно вижу, что именно дети не усваивают, и понимаю, на что обратить внимание на собственных уроках.

♦ Какие методы используете на своих уроках?

К сожалению, у нас в школе мало технических средств, которыми можно пользоваться на уроке, хотя мне это довольно интересно. Так, недавно составила презентацию, отправила на педагогический фестиваль. Прислали сертификат и диплом — тешу себя тем, что умею составлять интересные уроки. Часто использую межпредметные связи, предлагаю ученикам провести небольшие исследования. И все же главной я считаю активную мыслительную деятельность. Для ученика очень важна мотивация и практическая направленность предмета. Раньше был пришкольный участок, сейчас ученики не обязаны отрабатывать практику. В парки, к сожалению, выходим редко, хотя биология основана на наблюдениях.

♦ Сейчас молодые специалисты — выпускники педвузов редко идут работать в школу, жалуются на низкие зарплаты. Кто-то подрабатывает репетитором, кто-то меняет сферу деятельности. В чем вы видите решение этой проблемы?

— Человек должен идти в школу не поневоле, а по заинтересованности. На некоторых учителей смотришь: вроде да, зарплаты не устраивают, но понимаешь, что они живут именно этим. Мне сейчас зарплату не плати, а из школы не выгонишь. Я живу уроком, и дети это чувствуют. Что касается решения накопившихся проблем, то сказать что-то определенное трудно. Пло­хо, конечно, обстоит дело с материальной базой. Меня в этом случае выручает ар­тистизм. С другой стороны, компьютеризация приводит к тому, что дети берут из компьютера готовые знания, а это нисколько не активизирует мозговую деятельность. Или вот — ввели три часа физкультуры. Не спорю, здоровое поколение должно быть, но на деле выходит так: у одного нет лыж, другой три часа сидит на скамеечке, в 6-м классе сокращен урок биологии. Получается, мы сами толкаем учеников на то, чтобы они шли к репетитору. Мне это непонятно. Я считаю, учить ученика  святая обязанность учителя, и всегда готова подтянуть ученика совершенно бесплатно. Даже если попался трудный ребенок, надо постараться найти ключ к каждому, увидеть в нем хорошие стороны, увидеть человека.

♦ Ваш стаж — более 55 лет. Как удалось сохра­нить позитивную энер­гию, не растерять?

Да, мой стаж превысил пенсионный возраст, я начинала работать в год освоения целины и работала без перерыва. На самом деле я черпаю энергию в уроке, вдохновляюсь преподаванием и редко бываю у врачей. Одна дочь говорит: отдыхай; вторая чувствует, что я не могу без работы, если я сяду, то зациклюсь на своих болячках. Летом нахожу отдушину в даче: высажи­ваю цветы, из скамейки ящерицу смастерить или зайчика — мое хобби. Как-то увидела у старшей дочери, которая живет в Подмосковье, пруд, взяла лопату, выкопала на своем участке пруд, построила через него мостик... На новогодних каникулах дочь позвонила, сказала, что родилась правнучка. А я смеюсь, что не готова становиться прабабушкой.

Марина Белая

Источник: Речь. – 2012.  –18 января (№ 7) – С. 9.